СЫНАМ РОССИИ

НАМ завещана от Бога РУССКАЯ ДОРОГА

За православный монастырь у перевала Вршич

Previous Entry Share Next Entry
Русская часовня на перевале Вршич
Rarog
snowgrove wrote in vrsic
...Ехали мы долго, пару часов, через всю страну, с юга на север, к Альпам, хотя как можно долго ехать по маленькой стране? За зеркальными окнами роскошного автобуса проплывали изумрудные долины; как исполинские стены, на заднике пейзажа возносились поросшие темным хвойным лесом горные цепи, по ним, говорят, так же как и у нас на Камчатке, вольно ходят медведи и доходят до самой Баварии, наводя там панику (в газетах); черепичные крыши обочь дороги, то там то здесь над ними торчали белые свечки колоколен с лихими кардинальскими шапочками, крыши соборов, мелькали просторные сараи, навесы для сена из длинных сосновых жердин под потемневшими двускатными крышами, стада упитанных гладких коров, хорошая дорога, убаюкивающий ход машины... Страна «типа рая», как сказал один мой попутчик. Похоже на Швейцарию, а еще больше на Австрию, но победнее; там все обстоятельнее — и дороги, и их обустройство из камня и бетона, и дома, и мосты. Горы, наконец, оказались совсем близко и сомкнулись над головою хвойными лапами: мы въехали в узкую долину, и дорога, петляя и сужаясь, пошла вверх. Первый поворот, второй, третий, пятый... Солнце замелькало меж частых стволов, автобус проскочил свой поворот и медленно, неуклюже стал разворачиваться на узкой горной дороге. Наконец приехали. Перед нами, на крутом склоне выше нас, — к ней надо было подниматься по бревенчатым ступенькам, — стояла двухбашенная часовенка. Деревянная, обшитая лиственничными пластинами, как многие дома здесь, с полукруглыми торцами, похожая на миниатюрную копию здешних двухбашенных католических соборов, восходящих еще к романскому стилю, но с такими русскими луковками куполов, покрытых лиственничным гонтом...

Знаменитая, единственная в Словении, да и во всей Европе Русская часовня на перевале Вршич, под горой Присойник, что круглый год красуется своей белоснежной шапкой над королевством Златорога. Сказочный Олень — Золотые рога обитает именно здесь, в этих местах, и не было охотника, который не мечтал бы его, бессмертного, подстрелить...

Егор любил бывать здесь, приезжал один и с семьей, и поэтому нас, делегацию Фонда Егора Гайдара, привез сюда знаменитый в этих краях Саша Славец.

А с ним (и с нами) были Саша Иван Грежина, первый посол Словении в России, неугомонный председатель общества «Словения–Россия», и Алоиз Петерле, депутат Европарламента, профессор-экономист, первый премьер свободной Словении и друг Егора Гайдара. Саша Славец, неожиданно легкий, несмотря на свои восемьдесят три года, показывал часовню, по-хозяйски открывая своим ключом ее застекленные двери. Скромный алтарь, иконостас. Порядок идеальный, а ведь сторожей нет. Но и людей из племени вандалов — тоже нет. Саша смахнул невидимую пыль, протер иконы. По-хозяйски — понятное дело — его стараниями (а до него — его отца, а после него — его детей) и сохраняется в пронзительной красоте и тишине гор этот алтарь русской веры и русской памяти.

Андрей Нечаев, бывавший здесь лет пятнадцать назад с Егором Гайдаром и сейчас приехавший снова, рассказывал, что гонял тогда Славец за рулем по этим узким дорогам так, что дух захватывало. В 1992 году — году правительства Гайдара — он, Славец, и посол Саша Грежина сделали эту часовню местом русско-словенской встречи. Кто только не побывал здесь с тех пор, в златогорских горах, после Гайдара за эти годы! Список этих людей занял бы целый том... Сюда, на эту гору, подымались и первые официальные лица России (и других европейских) стран, премьеры, президенты, высокие духовные иерархи католической и Русской Православной церкви, простые русские батюшки, монахи и монахини, министры, генералы, поэты и прозаики, художники, бизнесмены, туристы, школьники...

Место это особенное уже своей географической обусловленностью; перевал Вршич, находящийся в центральном массиве Юлийских Альп, разделяет реки Савы и Сочу меж Адриатическим и Черным морями. О том, как и почему оказалась здесь, в глубине южных Альп, Русская часовня, рассказывали нам наши хозяева — Саша Славец и Саша Иван Грежина, а также подаренные ими книги, прежде всего обстоятельная, прекрасно изданная книга «Ruska kapelica pod Vrsicem» /«Русская часовня под перевалом Вршич» (Любляна, 2006 г.).

В будущем году человечество будет отмечать столетие начала Первой мировой войны, «Великой войны», как ее называют в Европе. Эта война навсегда изменила лицо, историю и душу мира. В ее огне исчезли империи — Германская, Австро-Венгерская, Османская и Российская. Война принесла неисчислимые потери, неслыханные грабежи, гибель многих миллионов людей, непредставимые прежде зверства, вроде массированных бомбардировок с воздуха, газовых атак и обстрелов мирных городов тяжелыми артиллерийскими орудиями. Никогда прежде войны не носили такогорасчеловеченного характера, никогда не были столь тотальными, затрагивавшими едва ли не все население планеты.

Русские военнопленные. Фото 1915 г.

Затерянная в Альпийских горах австро-венгерская провинция, — казалось, самое тихое место в Европе, — стала одним из самых кровопролитных фронтов, линией противостояния, где погибли сотни тысяч людей. Здесь австро-венгерская армия сражалась против Италии, перешедшей на сторону Антанты и 23 мая 1915 года объявившей войну Австро-Венгрии и Германии.

Об этом в книге «Русская часовня под перевалом Вршич» (далее «Русская часовня…»): пишет д-р Звонка Зупанич-Славец «Итальянцы планировали совершить быстрый прорыв к Любляне и Вене через Люблянские ворота... Австро-Венгрия решила укрепить оборону на фронтовой линии, по реке Соча. Такое решение защитило бóльшую часть словенских территорий от полного разорения, а местных жителей — от выселения». Итальянское наступление было, однако, остановлено, началась изматывающая окопная война в горах. В 10-й австро-венгерской армии сражались словенские и боснийские части. На «сошском фронте» погибло около десяти тысяч словенцев, а всего в этих малоизвестных битвах — больше миллиона человек с обеих сторон. В романе «Прощай, оружие!» Э. Хемингуэй описывал обреченность людей, втянутых в это военное безумие. Словенцы сражались с итальянцами за свои земли в рядах австро-венгерской армии. А русские? Как здесь оказались русские?

Звонка Зупанич-Славец поясняет: «Австрийские соединения с августа 1914 года сражались с русскими в Польше, в Галиции, Карпатах и в Буковине. В некоторых успешных сражениях они захватили большое количество русских и румынских военнопленных. По официальным данным, их общее количество насчитывало 1 268 999 человек» (с.72). И далее: «С территории военных действий их увозили в тыл, где концентрировали в лагерях... После объявления войны Италией Словения — прежде глубокий тыл — оказалась прифронтовой зоной. В 1915 году в район Кранькой Горы было привезено до 12000 военнопленных, главным образом русских». (Русскими называли всех солдат русской армии.) Дорог в горах для снабжения действующей армии не хватало, и австрийское командование срочно приступило к строительству новых дорог — шоссейных и железных. Было принято решение построить дорогу через перевал Вршич, от Краньской Горы до долины реки Сочи, куда вела только горная тропа. Уже осенью 1914 года начались работы. В июне 1915-го привезли больше пяти тысяч русских военнопленных, потом еще — «как минимум в два раза больше». «Главным занятием военнопленных на словенских территориях во время войны стало строительство дороги на Вршич… Точной статистики по количеству русских военнопленных, попавших в Словению и умерших здесь, вероятно, никогда уже не удастся получить» (с. 80). «Жили они в больших, плохо отапливаемых бараках, кормили их плохо, при том, что они ежедневно с утра до ночи, были заняты на тяжелых физических работах…» Объективности ради автор пишет: «…читая о суровом обращении с военнопленными, о тяжелом непосильном труде их, не будем забывать, что австрийское командование очень торопилось ввиду приближающейся зимы». «...в нечеловеческих усилиях и муках к октябрю 1915 года [русские пленные] закончили строительство 30-километровой дороги, ведущей на фронт» (с. 82)… За эту дорогу они платили своей жизнью, по этой дороге все новые и новые солдаты шли на фронт, а чаще всего — на смерть».

В боях на реке Соче погибли больше 100 тысяч итальянских и австро-венгерских солдат, среди которых десятки тысяч словенцев, воевавших по обе стороны фронта. Здесь, в этих горах, зимой были часты лавины. Австрийцы, зная это, строили противолавинные щиты. В 1915 году снега было очень мало, старики говорили, что такой малоснежной зимы они не помнили десятки лет. Снегопады начались лишь в первых числах марта. Военнопленные измучились, расчищая дорогу. «В среду, на первой неделе Великого поста 1916 года, внезапно сорвалась огромная лавина, тысячи тонн мокрого, тяжелого снега обрушились на противолавинные щиты, похоронив под собою всех обитателей бараков — рабочих Северного лагеря. Погибли сотни людей, среди них — сорок австрийцев, остальные — русские».

Военнопленных хоронили где придется, на разных кладбищах, большинство — в братской могиле, там, где теперь стоит Русская часовня. По церковным данным, собранным после погребения, насчитывалось 272 жертвы.

Как же возникла часовня? Каких-либо подробных свидетельств о ее строительстве не сохранилось. Звонка Зупанич-Славец пишет: «По добровольному решению русских военнопленных, родившемуся из сочувствия к ближнему и уважения к традиции, у дороги, на месте, где стоял больничный барак, была построена православная часовня с русскими луковицами куполов... В тяжелейших жизненных испытаниях, в которых проявляется истинная человечность, это было возведение храма надежды. Эта часовня — печальный памятник бессмысленности войны. Сразу после строительства военнопленные, австрийские военные и местные строители сфотографировались на память. Эта фотография известна всем в Словении. Она свидетельствует о неуничтожимом внутреннем единстве людей больше, чем все слова.

Такова история Русской часовни.

Но есть еще история ее сохранения и ее становления — как символа страданий и места упокоения. Как всегда бывает, чаще всего значительные последствия вырастают из начинаний, упорства, не вполне даже понятных чувств, но ощутимых дел конкретных людей. И здесь, вполне необычным образом, возникает имя семьи Славец. Об этом нам рассказал сам Саша Славец.

В тридцатых годах его отец, строитель Йосип Славец, и его фирма «Славец из Краня», получил подряд на участие в реконструкции этой многострадальной дороги, пришедшей в полный упадок. Строителям то и дело попадались многочисленные могилы и человеческие останки... Их бережно собрали и перезахоронили у Русской часовни. Там же Иосип Славец поставил пирамидку в память о погибших русских солдатах — она сохранилась и до сих пор. Постепенно русские эмигранты, живущие в Словении, другие православные люди стали приезжать к этой часовне, а в день Святого Владимира, в последнее воскресенье июля, здесь стали проводить молебны...

Социалистические власти не слишком приветствовали это, но и особенно не вмешивались. Йосип Славец, покоренный красотой этих мест, вблизи Русской часовни, над девятым поворотом дороги на Вршич, построил большой дом. Семья Славец в их знаменитом на всю округу доме все эти годы принимала гостей, сохраняла часовню.

Йосип Славец скончался в 1978 году. Его сын Саша продолжил отцовское послушание, а затем и его внук Алеша, его жена Звонка (инициатор фундаментальной книги «Русская часовня»), не оставляют попечением затерянный в горах маленький храм. После землетрясения 1998 года часовня покосилась и осела, подгнили старые бревна опор. Саша Славец и общество «Словения — Россия» убедили Министерство культуры заняться серьезной реставрацией часовни, которая была проведена в 2005-06 годах.

«Потомки Йосепа Славеца вот уже 70 лет считают своим моральным долгом заботиться о последнем пристанище своих славянских братьев», — пишет д-р Звонка Зупанич-Славец. В Словении три тысячи церквей, из них только четыре — православные. Часовня на Вршиче — самая маленькая и самая известная из них. Сегодня это совершенно особенное место — не только своей историей, но и сложившейся ролью в христианском межконфессиональном диалоге. Здесь бывали католический кардинал Томаш Шпидлик, нунций папы римского в Любляне д-р Эдмонд Фархат, архиепископ и митрополит д-р Франц Роде, архиепископ и митрополит Люблянский д-р Алоизий Шуштар, тогда еще митрополит Кирилл, митрополит Филарет, митрополит Герман, митрополит Тихон, совсем недавно — митрополит Иларион, православные архиепископы и епископы и католические клирики, священники, монахи и монахини...

Покойный Патриарх Московский и всея Руси Алексий II написал в приветственном письме: «Единодушие участников этих встреч, совместная молитва об упокоении сынов России дают основания полагать, что памятное место под Вршичем было и остается не только местом памяти о трагических событиях времен Первой мировой войны, но и символом братских отношений и единства наших народов».

Монсиньор Алоиз Уран, архиепископ и митрополит Люблянский, в предисловии к книге о Русской часовне под Вршичем написал: «Уже долгое время Русская часовня является особенным местом — отсюда возносятся молитвы за единство христиан и экуменическое сотрудничество между Словенской Католической церковью и Русской Православной церковью».

Новая жизнь Русской часовни началась одновременно с новой историей отношений между новой Словенией и новой Россией. В июне 1991 года Саша Славец, тогда председатель недавно созданного Словенского объединения частных предпринимателей, провел круглый стол о положении и перспективах словенского частного бизнеса…

«Тогда только начиналась широкая приватизация, в феврале 1992 года на озере Блед прошел международный симпозиум по приватизации. В нем приняли участие русские экономисты: от академика Дмитрия Львова до гайдаровского единомышленника Сергея Васильева. Здесь нужно упомянуть еще одного человека - профессора Любо Сирца[1], который на организованной им конференции в Будапеште познакомился с Анатолием Чубайсом, интересовавшимся опытом восточно-европейской приватизации.

Весной 1992 года Любо Сирц (который прежде контактировал с Институтом Гайдара) в своем письме на имя министра внешних экономических связей Сергея Глазьева предложил, чтобы в церемонии у Русской часовни кроме представителей церкви и общественности приняли участие и члены Российского правительства. Гайдар это предложение поддержал. Так началась долгая новая история часовни, в которой ее политическое, метафорическое и метафизическое значение поднялось до немыслимой прежде высоты.

В течение 1992 года, в самый разгар деятельности реформаторского правительства Гайдара, Саша Славец и Любо Сирц активно контактировали с российскими реформаторами... Постепенно эти усилия частных лиц получили такое развитие и поддержку в Москве, что был разработан проект экономического соглашения между Россией и Словенией — один из самых первых для возникшей новой страны, ориентированной на вступление в ЕС. Славец информировал о своей активности словенское правительство, и частная инициатива постепенно переросла в межгосударственную деятельность, а в Словению направилась очень представительная российская делегация, руководителем которой был С. Глазьев, тогда еще входивший в команду реформаторов, а членами — многие молодые, но уже известные экономисты: Е. Журавская, К. Кагаловский, М. Дмитриев, А. Починок и другие. В результате той поездки был подписан договор об экономическом сотрудничестве между РФ и Словенией. В следующем году в составе представительной российской делегации, кроме С. Глазьева, С. Васильева, А. Нечаева, А. Кудрина, А. Илларионова, находились также другие известные персоны — политики, бизнесмены, деятели Русской Православной церкви...

С годами торжественные встречи у Русской часовни на перевале Вшрич обрели все большее значение, стали «уникальной формой сотрудничества между самым западным и самым восточным славянскими государствами». Здесь общаются облеченные властью люди, здесь встречаются религии, здесь — без ожесточения и агрессии — идет межконфессиональный диалог; в своих молитвах к Богу объединяются христиане... А начал все это грандиозное дело вполне частный человек, предприниматель средней руки Саша Славец.

К Русской часовне возлагали венки министры и послы, премьеры и президенты, митрополиты и священники, писатели и миллиардеры. В 2001 году здесь, на перевале, побывал тогда еще митрополит Смоленский и Коломенский Кирилл, который встречался с архиепископом Белградским д-ром Францем Перко и с местным патером Марком Бенедиктом. «Митрополит Кирилл растроганно заметил: здесь умирали люди, пришедшие издалека. То, что вы сохраняете память о чужих людях, является выражением высочайшей морали. Вы должны стать примером и для нас, и для всей Европы, примером того, как включить душу и сердце в международные отношения. Сегодня мы будем молиться за русских и за словенцев» («Русская часовня…», с. 254). Словенские СМИ сообщили, что на пикнике «митрополит спел песню “Двенадцать разбойников”, своим выступлением вызвав всеобщее восхищение и бурные аплодисменты».

В 2007 году дорога через перевал Вршич была официально переименована в Русскую дорогу.

Прошлой осенью в Центре российской науки и культуры (ЦРНК), при большом стечении избранной общественности, членов семьи Славцев, мы вручили Саше Славецу Карамзинскую медаль «AD NUNTIUS EUROPAE» («Вестнику Европы»).

Саша Славец был очень растроган. Медаль вручали Борис Минц, председатель Фонда Егора Гайдара, Екатерина Гениева и Петр Егорович Гайдар, бывавший здесь еще мальчиком, вместе со своим отцом и его другом Сашей Славецом.

Славец не оставляет своим попечением Русскую часовню, которая стараниями его и его друзей, а также Саши Грежины и других членов общества превратилась в главный символ словенско-российской дружбы и местом ежегодных (в последнее воскресенье июля) церемоний, которые становятся все более многолюдными, с военным караулом, встречи проходят в неформальной и проникновенной атмосфере. В субботу проходит вечерняя католическая месса в Краньгорском храме, в воскресенье — заупокойную литургию у Русской часовни служит православный иерарх. Словенцы, будучи католиками, за всю свою историю никогда не конфликтовали с православными.

Cтарые знакомые: Андрей Нечаев, Саша Славец и Петр Гайдар

«...Вспоминая о безымянных погибших людях, похороненных в этом одиноком месте, — сказал кардинал Томаш Шпидлик одной из таких церемоний, — мы можем быть более или менее уверены в том, что отдаем долг справедливости космической истории мира, величественное течение которой питается из малых ручейков — из истории судеб простых людей» («Русская часовня», с. 18).

Фото В. Ярошенко. Русская часовня

В. Ярошенко

Любляна–Москва
http://www.vestnik-evropy.ru/issues/the-russian-chapel-on-the-vrsc-pass-37.html


?

Log in